Журналист Алексей Шевченко: Попробую пройти на хоккей при помощи полиции

- Алексей, вы по-прежнему в Санкт-Петербурге, что нового произошло за последние сутки? Связывался ли кто-нибудь с вами из КХЛ, из СКА?

- Нет. Никто не звонил, не говорил, что решилось. Завтра снова собираюсь на хоккей.

- А что должно было решиться?

- Ну, если сегодня утром мы услышали от СКА, что «СКА ни при чем» и все вопросы к охране… Не знаю, может, приведу с собой полицию. Если охрана не будет пускать, непонятно на каком основании.

- Думаете, полиция станет вмешиваться в это дело?

- Думаю, нет, но почему бы не попробовать ее позвать? Охранники нарушают закон. Что мне еще остается делать?

- После инцидента не было угроз в ваш адрес?

- Пишут в соцсетях, но на это не надо обращать внимание. Наоборот, хорошо, что не все меня поддерживают.

- Как самочувствие? Все-таки, когда четверо охранников выкручивают руки…

- Ну, давайте еще напишем, что их было пятьдесят. Два человека. Но они были крепкие. Сейчас плечи побаливают. Но нельзя сказать, что это мешает мне жить.

- Аккредитацию не отобрали? Она же поддельная.

- Нет, не поддельная. У меня есть видеозапись, на которой представители КХЛ доказывают это охране. И потом я - в списке аккредитованных на финал журналистов. Он вывешен на сайте КХЛ.

- Получается, сотрудников пресс-службы КХЛ охрана дворца спорта ни во что не ставит?

- В этом и проблема. Пресс-служба мне помогала, старалась, но ничего сделать не смогла. Я уверен, что ни в одном городе лиги, кроме Санкт-Петербурга, такое невозможно. Если подобное произойдет в Новосибирске, Хабаровске, Москве, - все решилось бы при помощи слов пресс-службы, начальника службы безопасности. А здесь все иначе.

- Как думаете, этот инцидент означает, что вы были правы, публикуя информацию о 40 миллионах, полученных каждым игроком питерского клуба за выход в финал?

- Наверное. Они так все делают, что получается, я действительно оказался прав. Вопрос не в том, что я назвал сумму, а в том, что что-то в этот день произошло. Ведь на протяжении всего сезона и «Советский спорт» и другие журналисты писали и гадали, сколько получает, например, Илья Ковальчук. Называли цифры. Десять миллионов долларов, по нынешнему курсу - 500 миллионов рублей. И никакой реакции не было, никто не возмущался, не опровергал, аккредитаций никого не лишал. Не знаю, почему именно на мою информацию такая реакция. Просто не понимаю. Роман Ротенберг говорит, что я выполняю заказ «Ак Барса». Это просто смешно. Я в «Ак Барсе» после того, как оттуда ушел Равиль Шавалеев, никого выше Билялетдинова не знал. Кто-то может представить картину, чтобы Билялетдинов говорил: «Давай я тебя заплачу, а ты вбрось». Он даже на судей внимания не обращает, как бы они не ошибались. Это глупость - думать, что какому-то клубу выгодна информационная война против СКА. Никакой войны не было.

- Ну, а кто же заплатил вам тогда огромный гонорар, о котором написал портал Allhockey?

- Да, там вышла новость, без авторства, и в первых двух строчках три раза употреблено слово «информация». Газета «Бизнес-Онлайн» заплатила мне обычный гонорар за заметку. Так происходит в любом издании.

- В своей заметке вы писали, что есть несколько источников, из которых вы узнали о тех самых 40 миллионах. Можете назвать эти источники?

- Конечно, нет. Это неправильно, да и с чего бы? Опять же, ничего подобного не произошло бы, будь у нас зарплаты и премии открытыми. Черный нал уже давно не ходит в лиге, это я точно знаю. Называли бы сумму - и никаких проблем не было бы. Может и говорили бы, что кто-то получает 10 миллионов, но не отрабатывает их… Но это уже чисто хоккейные вопросы.

- Собираетесь жаловаться на СКА?

- Напишу письмо в лигу. Приложу к нему видео. Это необоснованное решение СКА. Хотя, СКА утверждает, что не виноват в этом. Просто опишу ситуацию.

- Надеетесь на положительное решение?

- Не могу сейчас предсказать, что будет. Успокоились ли в питерском клубе, или нет. Я вообще не знаю, зачем было нервничать. Вся история произошла при счете в серии 2−0 в пользу СКА. Надо быть уверенными в себе. Обшутили бы эту тему, и все бы о ней забыли к вечеру. И обсуждали бы, почему у Билялетдинова не забивают нападающие. Честно говоря, не думаю, что что-то изменится. Но верю, что здравый смысл возобладает. Если СКА считает, что я их чем-то оскорбил, я готов не подходить к игрокам клуба. Мне вообще сейчас больше интересен «Ак Барс». Но препятствовать моей работе… Ну, буду я на хоккее, послушаю пресс-конференцию, которую, кстати, могу и не слушать, пойду к игрокам, узнаю, какое настроение там, тут… Это моя обычная работа. Не знаю, что они мне запрещают. Находиться в пресс-центре? На трибунах?

- Если завтра все-таки не пустят, снова пойдете на хоккей по билету?

- В первый раз билет мне подарили. Покупать не собираюсь, потому что цены дикие. Для меня. Кстати, билеты есть в продаже. И потом, смотреть хоккей на трибуне, ни с кем из игроков не пообщаться… Так что, видимо, пойду в бар. Посмотрю хоккей, а потом пойду к автобусу «Ак Барса», как сделал в прошлый раз.








>> Томь превратила Зенит в ПСВ >> Локомотив вышел в финал Кубка России >> Ребров: Мбокани показывает, что киевское Динамо ему безразлично